Добро пожаловать на форум SolNoctis.ru
Живое общение в нашем паблике Вконтакте: Философия Оккультизма [Sol Noctis], подписывай и будь в курсе интересных событий.

Выводы для современной практики. Дж. Стреттон-Кент

Eugènia

муза
SolNoctis Team
Сообщения
1.237
Симпатии
385
#1
Джейк Стреттон-Кент
Выводы для современной практики


Перевод: Анна Блейз (с)


Западная традиция и уроки иных традиций
Выше я упоминал о том, что с сивиллами, переосмысленными в католицизме, можно работать по примеру мастеров вуду, работающих с католических святыми. В связи с этим хотелось бы высказать некоторые дополнительные соображения. Я высоко ценю африканские традиционные религии (АТР), и не в последнюю очередь потому, что — по ряду причин — наша, западная магическая традиция все еще не возродилась по-настоящему. Это значит, что нам есть чему поучиться у последователей живых традиций, а ярчайшими примерами таковых служат АТР, заслуживающие самого глубокого уважения.

Цель предполагаемого диалога с АТР заключается в том, чтобы, наконец, довести наше оккультное возрождение до статуса живой традиции — чтобы научиться служить нашим собственным богам и духам и принимать их помощь. Я вовсе не призываю перенимать элементы других культур скопом и без разбора; я лишь предлагаю относиться к ним должным уважением и ценить их живительное влияние на наши собственные традиции. С этих позиций я и стараюсь установить диалог между гоэтией (своим законным культурным наследием) и традициями Нового Света (культурным наследием других народов). И в этом отношении очень удобно то, что духи «Истинного гримуара» признаются в традиции кимбанда(1) как синкретические эквиваленты эшу. Иными словами, духи, с которыми я работаю, уже вписаны в контекст традиций Нового Света, и это дает мне возможность полноценно сопоставлять свои наблюдения и подходы с практиками хунганов, палеро(2) и кимбандистов. Заявления критиков (как правило, белых) о том, что я не имею права на подобный диалог, поскольку не посвящен в ту или иную африканскую традицию, попросту абсурдны — особенно в свете того, что сами эти критики даже наших западных богов и духов воспринимают лишь через призму негативных стереотипов или, в лучшем случае, психологизирующих теорий.

Короче говоря, я выступаю за то, чтобы у последователей западной магической традиции сложились такие же отношения с нашими духами, как у последователей АТР — с духами, которых почитают они. Это самый действенный и ощутимый из всех возможных способов возрождения западной магии; и он бесконечно превосходит все отвратительные процедуры из «Гоэтии царя Соломона», воспроизводящие в церемониальном контексте ту ненависть к духам, которая в действительности характерна не для магии, а для монотеистической теологии, утратившей для нас всякую актуальность.

Большая часть моих предложений выдвигается в истории западной магии далеко не впервые, хотя многие оккультисты, ориентированные на более современные системы, могут об этом и не знать. Работа с духами предков, с душами, опередившими нас в развитии, и с так называемыми «злыми духами» имеет прецеденты и в западной культуре, причем весьма серьезные. И поскольку все эти практики отнюдь не чужды нашей магической традиции, попытки исключить их из современного контекста представляются на редкость нелепыми. С другой же стороны, самые спорные из всех теорий, которые я выдвигаю в этой книге, — те, что несут на себе особенно очевидный отпечаток АТР, — скорее всего, пройдут незамеченными для большинства читателей… просто потому, что они не знают, куда смотреть. Но, так или иначе, основа, на которой я предлагаю вводить эти новшества в современную практику, восходит к древним западным источникам, все еще оказывающим подспудное влияние на наши традиции.

Некоторые скажут, что мои методы (едва ли понятные им в полной мере) небезопасны. Действительно, так и есть: они небезопасны, потому что они — не плацебо и не покорное принятие всех ограничений, которым сейчас подвержена наша традиция. Маг, который боится обжечься, не развивается сам — и уж, тем более, не расширяет пределы возможного для грядущих поколений. Магия — дело рискованное. И советовать другим магам избегать всякого риска было бы, в лучшем случае, бесполезной тратой слов, а в худшем — самым настоящим предательством. Выскажусь прямо: я не питаю ни малейшего уважения к большинству магических орденов, не говоря уже о степенях, титулах, перевязях и запонах. Посвящение в подобные ордена чаще становится препятствием на магическом пути, чем преимуществом. Настоящая магия обретается, образно говоря, не в квадрате, а в круге. Разумеется, те живые магические традиции, о которых я упомянул выше, тоже проводят посвящения, и от них я никого не стану отговаривать. Но большинство западных магических групп, действующих в наши дни, не в состоянии предложить соискателю хоть сколько-нибудь осмысленное духовное приключение. В результате гораздо более полезным и значимым оказывается самопосвящение, с каким бы презрением ни относились к нему многие современные оккультисты. Под самопосвящением я понимаю естественное погружение в практику — как правило, с относительного раннего возраста. Поначалу это сопряжено с известной неразборчивостью, но зато начинающий маг не теряет способности самостоятельно усваивать информацию и учиться на опыте. Да, этот путь небезопасен, спору нет. Неподготовленному магу грозят умопомешательство и прочие беды; он может даже погибнуть. Но, как сказал когда-то один знаменитый маг, посвятительное испытание, которое невозможно провалить, — это и не испытание вовсе. С другой стороны, уцелевший на этом пути обретает подлинное знание и подлинную силу: маг сбрасывает с себя бремя всей бесполезной или неактуальной информации и оставляет лишь то, что оказалось по-настоящему ценным.

Именно таким представляется истинный путь посвящения для современного мага — в свете почти полного отсутствия аутентичных мистериальных школ и засилья самозванцев.

Но наряду с этим существует и другой, более последовательный путь самопосвящения: практика гоэтической магии. Самое традиционное и самое значимое из всех мистических переживаний, которые когда-либо предлагали соискателям западных таинств, — это ритуализированное нисхождение в нижний мир. Именно это и происходит в обрядах гоэтической магии, поскольку оператор в них находится одновременно и в подготовленном ритуальном пространстве, и в мире Аида. Ритуалы гоэтии — это аутентичные мистерии; таинства в них постигаются и усваиваются непосредственно, на личном опыте.



Путешествие в нижний мир
Тема невидимости затрагивается в магической литературе очень часто. Невидимость входит во многие перечни способностей, которые могут даровать магу различные духи. Как уже было сказано выше, изначально она требовалась не столько для каких-либо тайных манипуляций в мире живых, сколько для безопасного путешествия в мир мертвых. Немаловажно, к примеру, что шлем невидимости был атрибутом самого царя мертвых — бога Аида. Напомним одну малоизвестную подробность: этот шлем ассоциировался с волками и, возможно, был сделан из волчьей шкуры. А волк — это священное животное Аполлона, который в своей архаической ипостаси тоже был тесно связан с подземным миром и, более того, почитался как главное божество древних гоэтов. Так или иначе, невидимость ценилась, в первую очередь, как средство для нисхождения в подземный мир. Этой же цели первоначально служили и некоторые другие сверхъестественные силы, даруемые духами, — такие, например, как способность к стремительному или даже мгновенному перемещению в пространстве. Все подобные способности восходят к шаманским практикам.

Ввиду этого магу, который пожелает проработать теории, изложенные в этой книге, имеет смысл организовать для себя нисхождение в Аид. Можно устроить визионерское путешествие по той или иной системе, но при этом стоит использовать и традиционные ритуальные средства и приспособления — например, талисманы с именами и сигилами духов, дарующих невидимость. Весьма уместен будет знаменитый магический Знак Молчания. Разумеется, его изобрели не маги Золотой Зари: это эллинистическая интерпретация жеста, характерного для изображений Гарпократа. Кроме того, как упоминалось ранее в этой книге, для путешествия в подземный мир можно адаптировать некоторые ритуалы из гримуарной литературы, предназначенные (якобы!) для поиска сокровищ.


Современная некромантия
Одна из составляющих древнегреческого культа героев, которая может обрести удивительную новую жизнь в современной западной культуре, — это культ павших воинов. Нередко их героизировали коллективно и воздвигали в их честь какой-нибудь памятник, через который можно было обращаться к их теням. Этот обычай чрезвычайно интересен по ряду причин, хотя современные оккультисты не торопятся их признать.

Во многих странах 11 ноября отмечают день памяти павших в Первой Мировой войне. Эта дата отстоит совсем недалеко от Дня всех святых, а Солнце в этот период находится в Скорпионе (знаке зодиака, соответствующем восьмому дому — дому смерти). Национальный день поминовения обычно проходит у памятников неизвестному солдату — таких, например, как лондонский Кенотаф, очень похожий по форме на некоторые древнегреческие святилища героев (которые следует отличать от символических надгробий над пустыми могилами — хотя это и не значит, что дух умершего не имеет связи с подобным памятным местом). Многие другие военные мемориалы имеют точно такую же форму и тоже называются кенотафами.

Еще более поразительно то, что по сей день сохраняет свое значение древняя символика мака — цветка Персефоны. Маковые венки и отдельные цветы часто возлагают не только у памятников, но и на могилы военных. Спиритуалист Уэлсли Тюдор-Поул (более всего известный своими трудами по основанию современного центра культуры нью-эйдж в Гластонбери) внес большой вклад в развитие традиций, относящихся к поминовению павших(3). За этими церемониями и символами стоят значимые античные прецеденты, связанные с некромантической практикой. Мне представляется, что подобные элементы современной культуры стоит использовать в магических целях: они позволяют и воздать подобающие почести умершим и, в то же время, войти с ними в контакт и призвать их на помощь в магической работе. Так, например, можно — по примеру древних греков — незаметно вкладывать талисманы и прочие символы в букеты и венки, которые мы возлагаем к памятникам войны как подношения. Уборка территории вокруг памятника тоже таит в себе возможности для магической работы с умершими (понятно без объяснений, какой магической силой обладают пыль и земля, взятые со ступеней Кенотафа).

Следует понимать, что подобная работа не имеет ничего общего с приукрашиванием и поддержкой войны и не подразумевает ура-патриотических настроений. Это всего лишь утверждение преемственной связи с древними обычаями, открывающее возможность для магической практики в контексте современной культуры.

Пер. с англ. Анны Блейз


1 Кимбанда — афро-бразильская религия, включающаяся в себя разнообразные магические практики. В этой традиции почитаются преимущественно две группы духов: эшу (мужские) и помба-жира (женские). — Здесь и далее примечания переводчика.

2 Хунган — жрец в традиции гаитянского вуду; палеро — последователь той или иной из религиозных традиций пало, сложившихся среди чернокожих рабов в испанских колониях на Карибах.

3 Уэлсли Тюдор-Поул (1884—1968) — британский спиритуалист и бахаист, визионер, исследователь легенд о короле Артуре и святом Граале. В годы Первой Мировой войны служил в Управлении военной разведки на Ближнем Востоке. В 1917 году опубликовал книгу «Рядовой Даудинг. Правдивый рассказ о посмертных приключениях солдата, погибшего на войне». Совместно с Уинстоном Черчиллем ввел традицию минуты молчания (ежедневно в девять часов вечера, когда по радио передавали бой часов Биг-Бена, британцы возносили безмолвную молитву о мире). Затем минуту молчания стали соблюдать и в День поминовения (11 ноября — годовщину официального окончания Первой мировой войны).